В наше время можно выставить на продажу всё, да не всё продать. Ибо юридические понятия зачастую сталкиваются с понятиями нравственности и морали, если последние ещё остались в обществе…

Всё, что на витрине магазина, да ещё и с соответствующими ценниками, публика воспринимает исключительно как товар. И если что-то из всего этого вдруг не может таковым являться, то продавец должен внятно пояснять каждому покупателю, что, как и почему. Или думать головой, прежде чем вешать ценники на то, что, по сути, продать никак нельзя. Если, конечно, закон не обязывает указывать цену на всё и вся, что имеется в магазине – например, в случае банкротства магазина, когда с молотка идёт и товар, и сами прилавок с витриной. И даже, к примеру, висящие на видном месте в торговом зале портреты храбрых полицейских, когда-то погибших при задержании грабителей, забравшихся в этот магазин – закон есть закон, как бы это безнравственно не смотрелось. И потом всё дело в совести нового хозяина магазина или в таком же законе, обязывающем хранить те портреты на их местах вечно…

Намедни в пензенских СМИ, причём, сначала в "правильных", поднялся переполох по поводу того, что в конкурсную массу обанкротившегося похоронного МУП "Спецбюро", кроме всякого имущества, были включены ещё и братские могилы умерших в годы войны советских солдат в пензенских госпиталях, а также памятники оным, причём, с указанием конкретной цены в рублях за каждый объект.

И повалилось домино – за тему уцепился информационный ресурс либерального толка, причём, именно автора публикации потом и обвинили придворные летописцы в создании фейка. Не обошли своим вниманием это событие и зюгановцы. Последние только ограничились констатацией факта, без проклятий в адрес власти, ибо мало ли что – вдруг это будет камень в огород губернатора г-на/т-ща Мельниченко, а на критику деяний их бывшего подельника по классовой борьбе у них наложено табу…

Разумеется, что разлетевшееся по интернету прискорбное известие о "продаже" братских могил и памятников было воспринято публикой буквально, ибо даже последнему пензенскому комсомольцу понятно, что такое конкурсная масса – это всё то, что выставлено на аукцион, дабы хоть как-то покрыть долги обанкротившегося предприятия. Обыватели справедливо возмутились, начались крамольные пересуды вопреки парадной отчётности о благостной социально-политической атмосфере в регионе.

И тут подал голос сам г-н/т-щ Мельниченко, который, как он выразился, был "возмущён недостоверной информацией". Областной кормчий как бы дал отпор распространителям этой самой "недостоверной информации" – дескать, ничто и никогда, что не позволит, что кощунство и вообще – процедура банкротства МУП "Спецбюро" скоро закончится, ибо долги погашены деньгами из областного бюджета, сиречь за счёт налогоплательщиков.

Теперь мнение. Совершенно понятно, что включение могил и памятников в опись конкурсной массы – дело чисто формальное, как того требует закон. Опись – это одно, а конкретная процедура торгов – это другое. Кто-нибудь может себе реально представить, как вдруг станут торговать братскими могилами? Вместе с тем очень хотелось бы посмотреть на того, кто захочет их купить! И даже если их никто не купит, то в случае действительного ухода в небытие этой похоронной фирмы все эти могилы с памятниками останутся в собственности города – предприятие-то муниципальное, в конце концов!

Однако о моральной стороне события. Понятно, что есть закон. Но не нужно держаться устава, аки пьяный плетня – любой законник-прокурор понял бы, если бы эти могилы и памятники были бы вообще не упомянуты ни в какой описи конкурсной массы. Ибо того законника, кто потребовал бы формально исполнить в данном случае закон, тут же облили бы помоями в информационном пространстве и "правильные" СМИ, и "неправильные"…

Но мы в Пензе живём, где начальники думают только после того, как что-то натворят, и зачастую мы имеем то, что имеем, а в данном случае наблюдаем всего лишь бурю в стакане воды. И, может быть, отчасти от того, что в Пенза представляет собой информационное болото с изнывающими от безделья журналистами и всякими оракулами-активистами...

Но вернёмся к теме. Итак, совесть пока не продаётся. Но цену-то уже назвали... В рублях и копейках. И насчёт фейков – для всего есть почва, для недостоверной информации – тоже. Как начальники делают своё дело, от того и зависит, будет тема для болтовни или нет. В нашем случае журналисты совершенно чисты, ибо не из пальца чего-то высосали, а задали вопросы этим начальникам, которые и подтвердили, что могилы всё-таки можно продать. Но молнии гнева губернатора и его придворных подпевал полетели не в начальников, а именно в того, кто донёс до публики мнение руководящих персон…

Тем временем в ходе пересудов вопрос был поставлен со стороны общественности несколько шире – это напоминание о заброшенных могилах участников Великой Отечественной войны. О них говорилось давно, но информация исходила с "неправильной" стороны, а потому пролетала мимо ушей местных власть имущих персонажей. И если с братскими могилами, находящимися на балансе МУП "Спецбюро" всё в порядке, то частные могилы фронтовиков на пензенских кладбищах, о которых даже ко Дню Победы никто не вспоминает, нуждаются в учёте, уходе, а то и в восстановлении. А потому всем очень хотелось бы прочитать в соцсетях такую же эмоциональную тираду на этот счёт со стороны губернатора.

* * *

Теперь об этом самом "Спецбюро". У конторы, может быть, хорошие перспективы в свете последних новостей насчёт того, что теперь похороны станут госуслугой со всеми вытекающими новыми правилами. Ибо вряд ли после принятия нового закона на этом рынке останется то скопище ритуальных фирм с их междоусобицей и вакханалией цен на производство захоронений. Вот только научились бы муниципалы работать так с клиентами, как частники, а то ведь чисто на зарплате, небось, сидят, а не от количества похороненных граждан харч имеют…